Ликбез » Каталог статей » Единый реестр

Кредитор при банкротстве муниципальных предприятий

Кредитор при банкротстве муниципальных предприятий

Формирование активов должника

Проблема соблюдения интересов всех участников отношений, возникающих в связи с банкротством предприятий и организаций, разрешения многочисленных потенциальных и реальных конфликтов между ними представляется столь сложной, что даже изменившееся законодательство о банкротстве не в полной мере решает эти задачи.


Формирование активов должника, за счет которых возможно удовлетворение требований кредиторов, является главным действием арбитражного управляющего и заинтересованных кредиторов, и муниципальные предприятия в статусе должников, наделенные муниципальным имуществом на праве хозяйственного ведения, представляют в этом отношении особый практический интерес.

Особенности их правового статуса определены с одной стороны отсутствием права собственности на имущество, а с другой - возможностью, согласно ч.1 ст. 56 ГК РФ, отвечать по своим обязательствам всем принадлежащим имуществом, в том числе и муниципальным. Дополнительные сложности в процессе формирования активов должника - МУПа создает также особый правовой статус их учредителей и органов управления.

Нужно признать, что практически на прежнем законодательном уровне остались правовые механизмы защиты интересов кредиторов предприятия-банкрота в случаях применения схем "выведения активов" должника в предвидении банкротства. В ситуации, когда собственникам имущества (учредителям) должника вполне очевидно, что введения процедур банкротства не избежать, они применяют схемы изъятия активов, которые существенно ущемляют права и интересы кредиторов.

В хозяйственной практике последних лет отмечено немало случаев изъятия органами местного самоуправления из хозяйственного ведения муниципальных предприятий всего или значительной части имущества. Как отмечалось на совместной конференции УФНС по Нижегородской области и руководителей СРО, за 9 месяцев 2005 года в регионе 79 МУПов вошли в процедуру банкротства. До этого из хозяйственного ведения этих предприятий по решению органов местного самоуправления было выведено активов на 7007 млн рублей. Общая задолженность МУПов перед бюджетом составила около 3930 млн рублей.

Правомочность таких действий органы местного самоуправления объясняют правом на, так называемое, правомерное изъятие собственником имущества из хозяйственного ведения (закрепленное в норме ч. 3 ст. 299 ГК РФ). Дополнительно позиция собственника "усиливается" псевдообращением руководителя МУПа с просьбой об изъятии имущества ввиду различных причин (например, неиспользование). При этом накопленные предприятиями долги перед кредиторами остались без обеспечения имуществом.

 

Арбитражные управляющие пытаются защитить интересы кредиторов от незаконного изъятия имущества. Предлагаю варианты возможных действий по защите имущественных интересов в такой ситуации, а также постараюсь обозначить перспективные подходы к решению проблемы.


Когда активы МУПа изъяты, а иное имущество не обеспечивает требований кредиторов, в абсолютном большинстве случаев вводится конкурсное производство.

В этой процедуре Закон о банкротстве предусматривает меры защиты от указанных действий собственников имущества должника в форме оспаривания арбитражным управляющим сделок должника (ст.129 Закона о банкротстве). В той же статье 129 Закона имеется недостаточно конкретная формулировка о возможности принятия мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; мер по расторжению договоров должника.

Наделение муниципального предприятия имуществом на праве хозяйственного ведения осуществляется на основании решения органа местного самоуправления, распоряжающегося муниципальным имуществом, и несет характер решения учредителя МУПа. Попутно нужно отметить, что такое действие не может осуществляться на основании договора с создаваемым предприятием в силу положений главы 20 ГК РФ.

Интересна позиция заместителя Председателя ВАС РФ В.В.Витрянского: "Кодекс (ГК РФ) исключает возможность передачи собственником имущества в хозяйственное ведение государственного или муниципального предприятия и определение его правомочий по владению, пользованию и распоряжению закрепленным имуществом на основе договора о передаче имущества в хозяйственное ведение.

Такие договоры, заключенные между соответствующими комитетами по управлению имуществом и государственными (муниципальными) предприятиями после введения Кодекса (гражданского) в действие, являются ничтожными сделками - правомочия предприятия и собственника в отношении имущества и их взаимоотношения должны определяться не на основе договора, а в соответствии с законодательством. Исчерпывающий перечень прав собственника имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия, определяется в соответствии с п. 1 ст. 295 ГК…" ("Хозяйство и право" № 7, 95 ).

Таким образом, попытка оспорить действия органов местного самоуправления по изъятию имущества как ничтожную сделку в порядке ст. 168 ГК представляется сомнительной: ничтожной может быть признана первоначальная сделка в форме договора по наделению имуществом.

Возможность истребовать в порядке виндикации на основании ст. 301, 305 ГК РФ изъятое из хозяйственного ведения имущество существенно ограничено в случае возникновения прав у иных субъектов хозяйственной деятельности. Например, имущество передано другому предприятию и уже используется. Другая существенная проблема при попытке потребовать возврата изъятого имущества - невозможность его индивидуального описания и сохранения первоначальной ценности. Даже если допустить, что такой иск удовлетворен судом, то его фактическое исполнение потребует от конкурсного управляющего и судебных приставов установления - где находится это конкретное имущество? А это в большинстве случаев затруднительно.

Завершая тему виндикации, отмечу, что статья 301 ГК РФ не может быть применена в ситуации изъятия имущества путем издания собственником имущества ненормативного акта, в результате которого хозяйственное ведение прекращается (МУП перестает быть законным владельцем имущества). В силу нормы статьи 305 ГК унитарное предприятие в этом случае теряет право за защиту своего владения от собственника.
Наиболее используемый в практике банкротств способ защиты прав и интересов должника и его конкурсных кредиторов основан на норме, содержащейся в п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве.

Применение субсидиарной ответственности к лицам, виновным в доведении своими действиями предприятия до банкротства, требует соблюдения 2-х ключевых условий:

  • финансового анализа специализированной организации (предварительный или в порядке судебной экспертизы), свидетельствующего о том, что именно в результате изъятия собственником имущества (он же учредитель) из хозяйственного ведения унитарного предприятия наступила невозможность рассчитаться с кредиторами.
  • фактического завершения формирования конкурсной массы, продажа имущества и аккумулирование денежных средств на счете должника, необходимых для расчетов с кредиторами.

До выполнения указанных условий к субсидиарной ответственности собственник имущества привлечен быть не может. Возникает вопрос о том, как быть, если у должника еще не завершена инвентаризация, ведется работа по взысканию дебиторской задолженности (что может занять от 6 месяцев до нескольких лет). Списывать реальную в перспективе дебиторскую задолженность, срочно "сворачивать" поиски иных активов должника? Принимая во внимание ограниченность сроков конкурсного производства (1 год), становится понятно, что далеко не всегда реальное действие указанной нормы Закона о банкротстве может привести к положительному эффекту. Да и сам процесс привлечения к субсидиарной ответственности может занять достаточно длительное время (судебный процесс, процедура исполнения судебного акта либо продажа долга с дисконтом).

С учетом всех перечисленных обстоятельств предлагается рассмотреть следующий подход к защите имущественных прав и интересов должника и кредиторов, основанный на ст. 16 ГК РФ. Данная норма устанавливает, что убытки, причиненные юридическому лицу в результате незаконных действий государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания, не соответствующего закону или иному правовому акту, акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом РФ или муниципальным образованием.

Излишне осторожное отношение арбитражных судов к удовлетворению любых требований об убытках не должно рассматриваться, как препятствующее таким искам обстоятельство. Заявление иска об убытках не требует соблюдения условий, предусмотренных законом для применения субсидиарной ответственности (п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве), и может быть осуществлено в любой момент в течение процедуры банкротства. Имеются конкретные примеры ведения такой исковой работы.

В результате реализуемой органами местного самоуправления города Дзержинска реорганизации системы жилищно-коммунального хозяйства у пяти МУПов ЖКХ по решению КУМИ было изъято из хозяйственного ведения от 90 до 100% муниципального имущества, после чего предприятия фактически прекратили свою основную деятельность, и в течение года были признаны банкротами.

По спорному МУПу ЖКХ "Жилсервис №1" задолженность перед бюджетами всех уровней составила около 20-ти миллионов рублей (на дату выведения имущества), сумма реальных активов для взыскания - менее 1 млн рублей в форме дебиторской задолженности двух десятков предприятий и мелких индивидуальных предпринимателей, дебиторская задолженность населения. Именно в таком состоянии принял предприятие конкурсный управляющий. Органы местного самоуправления "обезопасили" муниципальное имущество и передали его вновь созданному МУП ДЕЗ. Такая схема, к сожалению, получила в России широкое распространение.

Очевидно, что все ранее описанные правовые способы формирования конкурсной массы не имеют достаточной перспективы. Поэтому было принято непростое решение - обратиться в суд с иском об убытках, возникших в результате изъятия имущества. На чем основан данный иск? Согласно ст. 1069, 1071 ГК РФ убытки, причиненные юридическому лицу незаконными действиями органов местного самоуправления, подлежат возмещению муниципальным образованием за счет его казны. Надлежащим ответчиком в данном случае является как муниципальное образование в лице местной администрации (ст. 125 ГК РФ), а также соответствующий финансовый орган (бюджетораспорядитель - ст. 158 БК РФ ) - управление финансами администрации.

Для возмещения убытков необходимо доказать суду наличие следующих обстоятельств:

  • совершение органами местного самоуправления или их должностными лицами незаконных действий;
  • наличие у истца убытков;
  • наличие причинной связи между неправомерными действиями органов местного самоуправления и возникшими убытками;
  • наличие вины лиц, допустивших незаконные действия.

Согласно ст. 15 ГК РФ в понятие "убытки" включается утрата лицом имущества (реальный ущерб). Если незаконное изъятие имущества у должника действиями органов местного самоуправления привело к утрате МУПом имущества, за счет которого обеспечивалась как возможность ведения уставной хозяйственной деятельности, так и обеспечение интересов кредиторов, то и сумма убытков, очевидно, должна определяться стоимостью имущества на дату его изъятия ( или по балансовой стоимости на последнюю отчетную дату).
Норма ст. 15 ГК РФ не содержит различия и должна применяться универсально как в отношении утраты имущества, принадлежащего лицу на праве собственности, так и на любом ином вещном праве.

При доказывании незаконности изъятия имущества у МУПа опираться приходится на следующие положения:

  • Пунктом 1 ст. 295 ГК РФ установлено, что собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает исчерпывающий перечень вопросов: создание предприятия, определение предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначение директора (руководителя) предприятия, осуществление контроля за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества.

Действующим законодательством не предусмотрена возможность изъятия собственником у предприятия, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, имущества без ликвидации или реорганизации предприятия.

Согласно пункту 40 постановления пленума ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.96 г. № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" собственник не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении муниципального предприятия. Акты органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим муниципальным предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

Неправомерное изъятие имущества из хозяйственного ведения должника привело к невозможности осуществления его уставной деятельности, при этом ни КУМИ, ни администрация города в нарушение закона (ст. 295 ГК РФ) не воспользовались своим правом и не приняли решение о ликвидации должника.

Унитарное предприятие, учрежденное публичным собственником, обладает целевой (специальной) правоспособностью (п.1 ст. 49 ГК РФ), которая определяется Уставом (обслуживание и ремонт жилого фонда). Поэтому действия ответчиков по изданию ненормативного акта по распоряжению имуществом, принадлежащим МУПу на праве хозяйственного ведения, приведшие к невозможности осуществления им уставной предпринимательской деятельности, не соответствуют закону. Ст. 20 Закона № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" в перечне полномочий собственника имущества унитарного предприятия также не предусматривает права на изъятие имущества из хозяйственного ведения (в том числе в связи с неиспользованием этого имущества).

Невозможность осуществления уставной деятельности МУПа в совокупности доказывается анализом изменений в штатном расписании, наличием и изменением активов и пассивов, анализом структуры доходов непосредственно до и после изъятия имущества, осуществлением аналогичной уставной деятельности МУПа другими лицами в границах муниципального образования.

Безусловно, никакие обращения руководителя МУПа ЖКХ "Жилсервис № 1" не могут являться достаточным правовым основанием для изъятия имущества у должника, поскольку в силу ч.3 ст. 18 Закона РФ № 161-ФЗ: "Движимым и недвижимым имуществом государственное или муниципальное предприятие распоряжается только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом такого предприятия. Сделки, совершенные государственным или муниципальным предприятием с нарушением этого требования, являются ничтожными".

Уставы унитарных предприятий запрещают распоряжаться принадлежащим ему имуществом без согласия учредителя. Учитывая подчиненность и подотчетность директора должника органу местного самоуправления, никакого самостоятельного волеизъявления директора должника без предварительного согласования с учредителем быть не может.
Поэтому в абсолютном большинстве случаев письма и обращения директоров МУПов к органам местного самоуправления об изъятии имущества из хозяйственного ведения не более чем обычный трюк для последующего использования правовой конструкции - "отказ от права владения". Понятно, что было бы с директором, если бы он отказался написать такое письмо своему учредителю - уволен по трудовому законодательству.

Закон № 161-ФЗ, ст.15 и соответствующая ей статья 114 ГК РФ предусматривают, что в случае, если по окончании финансового года стоимость чистых активов МУПа сократится ниже уровня минимальной величины уставного фонда, и в течение 3-х месяцев стоимость чистых активов не будет восстановлена до минимального размера уставного фонда, собственник имущества такого предприятия должен принять решение о ликвидации или реорганизации. Эти действия полностью соответствуют положениям ст. 295 ГК РФ и отвечают принципам обеспеченности интересов кредиторов унитарного предприятия. Однако вместо введения процедуры ликвидации КУМИ были предприняты меры, направленные на изъятие активов у должника.
Нормы ч.3 ст. 299 ГК РФ, на которую ссылаются в своих отзывах органы местного самоуправления, являются общей и специально указывают на возможность лишь "правомерного" изъятия имущества, т.е. такого, которое не противоречит другим нормам права.

В случае, если доказано, что изъятие имущества было осуществлено неправомерно по решению органов местного самоуправления, то причинная связь между неправомерными действиями и возникшими у истца убытками (как результат этих действий) очевидна. Наличие вины в действиях собственника имущества определяется неправомерным собственным волевым действием, направленным на изъятие имущества из хозяйственного ведения истца, выразившимся в принятии незаконного ненормативного акта. В результате возникает ситуация, когда признание незаконными действиями по изъятию имущества из хозяйственного ведения унитарного предприятия фактически решает проблему и обеспечивает состав доказывания по убыткам МУПа. Именно эта позиция и стала неким "камнем преткновения" в доказывании факта убытков.

Проблема и в том, что рассмотрение вопроса недействительности ненормативного акта-решения КУМИ администрации г. Дзержинска и иск об убытках, с точки зрения арбитражно-процессуального законодательства, рассматриваются по разным правилам (исковое производство и административное производство - раздел 2 и раздел 3 АПК РФ), и, по мнению Арбитражного суда Нижегородской области, они не могут быть законности решения - он просто не дал ему никакой правовой оценки по формальным основаниям. Попытка заявить аналогичные требования от кредитора, который позднее узнал об обжалуемом изъятии имущества, также не дали результата - суд указал на то, что кредиторы не имеют права на такие иски, поскольку они могут защищать свои имущественные права не путем самостоятельного иска, а через участие в процедуре банкротства.

Учитывая сроки процедуры наблюдения, в период которой полномочия на обжалование действий учредителя, представителя собственника изъятого имущества МУПа и органа местного самоуправления (нередко в одном лице) у арбитражного управляющего отсутствуют, установленный ст. 198 АПК РФ 3-х месячный срок будет пропущен к периоду введения конкурсного производства. В абсолютном большинстве случаев должник не сможет (при таком подходе суда) рассчитывать на рассмотрение его требований в судебном порядке. До даты введения конкурсного производства (после наблюдения) такие специальные полномочия именно в отношении учредителя МУПа не могут быть реализованы юридически конкурсным управляющим и фактически должником (директор и орган местного самоуправления не будут обжаловать свои собственные действия).

 

Казалось бы, возникает "патовая" ситуация - решения об изъятии имущества КУМИ в конкурсном производстве ( после 3-х месяцев) не обжалуемы принципиально!


По данному вопросу некоторые судьи все же соглашаются с возможностью правовой оценки действий органов местного самоуправления в рамках иска о взыскании убытков. Они считают, что анализ законности акта органа власти в такой ситуации будет одним из обстоятельств, подлежащих доказыванию, и не требует отдельного арбитражного производства.

На самом деле необходимо добиваться признания того, что у должника или конкурсного управляющего должна существовать правовая возможность обжаловать ненормативные акты и действия органов власти, совершенные непосредственно перед введением процедуры банкротства и нарушающие права и законные интересы не только самого должника, но и его кредиторов.

В арбитражной практике Северо-Западного, Восточно-Сибирского округов также имеются яркие примеры признания обоснованным восстановление срока по ст. 198 АПК РФ для конкурсных управляющих. Отрицательнаясудебная практика по отказам в удовлетворении требований конкурсных управляющих преимущественно основана на тех обстоятельствах, что должник (в лице директора) сам отказался от своего имущества; в ряде случаев не доказаны факты невозможности осуществления уставной деятельности МУПа после изъятия имущества и другие частные причины.


Последовательность позиции конкурсного управляющего в прохождении всех возможных судебных процессов и стадий разбирательства позволит, наконец, убедить суд в том, что право на судебную защиту интересов кредиторов является главенствующим, а правовой выход из подобной правовой коллизии должен быть не в отдельных случаях, а являться общеправовым подходом.


В противном случае надо признать, что отработанная органами местного самоуправления схема будет жить, и МУПы вообще могут перестать отвечать по своим обязательствам путем последовательного банкротства до тех пор, пока законодатель не подойдет более внимательно к вопросам регулирования ответственности органов местного самоуправления и их полномочий по управлению муниципальным имуществом.

Читать статьи по теме:
Банкроту:: Единый реестр | Онлайн: Bankrot_59Ru (05.02.2014) | Читаю: Формирование активов должника, E W
Читаем: 6950 | Слово: долги, муп, муниципальных предприятий, банкротство | Банкротство: 5.0/1